Штраф за распитие алкоголя во дворе

Вечером отдыхали во дворе компанией. Вокруг нас стояли редкие деревья и полтары лавки.

Двое пили пиво. Остальные ели мясо.

В этот момент подошли шестеро полицейских. Один из них был майор, другой новый участковый и по всей видимости четверо стажёров курсантов.

Тем двоим, которые пили пиво, выписали штрафы. Выписывали на коленке, неумело, без тени уверенности и очень долго. Операцией руководил майор.
Штрафы составляли 300 рублей на человека, итого: на 600 рублей пополнилась Государственная казна.

Однозначно, это работа того майора. Потому как, после этого во дворах распивали напитки куда по крепче, не стесняясь. Полицейские проходили мимо, видели. Но не подходили и не требовали соблюдения закона. А всё почему? Да потому что, не хватало им смелости, как у того майора.

Галя психолог и Гена охранник

Галя по профессии врач психолог. Выходила она из своего рабочего кабинета, когда на улице уже давно стемнело. Ей хотелось заскочить в магазин Спар и купить пирожных. Очень хотелось горячего чая с чем нибудь сладким.
В том магазине произошёл конфликт покупателей с охранником Геной. Отказывались платить и Гена их не выпускал.

Галя заметила потасовку у кассы. Ей захотелось помочь охраннику. Не так давно, она изучила новейший метод воздействия на человека через расстояние, назывался он «МВ». Продолжить чтение «Галя психолог и Гена охранник»

Разбибикался под окнами. Зажали бедолагу. Выехать не мог.

Тихо себе спокойно, отдыхал в вечернее время, читал Хемингуэя «Старик и море».

— Би бип! Би бип! — засигналил кто-то за окном. А потом снова и снова, и настойчивей чем в первый раз.

Мне заинтересовало происходящее за окном.

«Фольц-ваген» был зажат красной «Кио-рио». Водитель стоял на улице, сигналил через открытую дверь, посматривал на окна дома.

Я распахнул окно, выглянул: Продолжить чтение «Разбибикался под окнами. Зажали бедолагу. Выехать не мог.»

Кафе и курение

Однажды мы отдыхали в кафе. Сидели за столиком. Официант приносил закуску. Менял пепельницы. Да! Тогда можно было курить практически в каждом кафе. И если пепельница была переполнена — считалось плохим тоном со стороны официанта. Когда вот только располагались за столиком, официант интересовался пепельница нужна? Конечно! Дым стоял столбом. Выкладывали на стол пачку сигарет и зажигалку, особенно когда сигареты были элитной марки и зажигалка какая-нибудь крутая. Курить считалось модно. Продолжить чтение «Кафе и курение»

Страх жизни

С наемной работы я ушёл. Стабильного заработка нет. Не знаю почему, стало страшно. Беспокойство появилось за завтрашний день.

Посоветоваться как быть, не с кем. Что делать дальше? Заработок который есть, составляет значительно ниже прожиточного минимума.

Остаётся надеется на чудо.

С другой стороны, я веду трезвый образ жизни. Деньги не транжирю. Сытый, умытый. Появилась любимая девушка. Есть монетизированный канал на Яндекс Дзен, который уже приносит доход и потихоньку развивается.

Что ещё? Есть свободный рабочий график.

Нужно подправить дисциплину, проявить самоорганизацию. Определить цели и планомерно стремиться к ним.

Цели? Без цели, как без компаса. Идешь словно в тумане. А такого не должно быть! Нужно хоть немного, но сознавать к чему идешь.

Сугробы и приближение весны

За последние три дня, у нас в Нижнем Новгороде выпало огромная куча снега. Дворники выходили чистить дворы целыми семьями.

Вдоль дорог огромные сугробы. Образовались горки, детям на потеху.

Температура держится около ноля градусов. Светит солнце. День становиться длиннее, светлее. Чувствуется приближение весны, долгожданной весны! Когда побегут ручейки, запоют птички…

Звонок девушке

ЗдОрово, когда можешь побороть свою гордость и позвонить любимому человеку. Сделать первый шаг к примирению.

А как девушке становиться приятно. Когда она видит — звонит любимый. И пусть она это по разговору не показывает, делает вид что ей всё равно. Хотя смотрела все дни в окно, с надеждой увидеть меня. Ждала звонка…

И вот мы миримся, жизнь вновь загорается яркими красками. Общаемся так, словно мы не три дня не виделись, а целый месяц.

И я понял, гордость меня душила. Как только её поборол — на душе стало легче!